Новое Русское Слово - Russian Daily - Novoe Russkoe Slovo
Вторник, 22 декабря 1998
Первый Вечер «БЛАГОДАРНОСТИ»
Участники "самолетного дела" собирают средства для бывших политзаключенных
Хорошее начало
Беседа с Сильвой Залмансон
Участники "самолетного дела" собирают средства для бывших политзаключенных.

        В 70-м году группа диссидентов, среди которых были отказники, решила вырваться из Советского Союза, угнав пассажирский самолет из Ленинграда в Швецию. Заговорщики были арестованы.  Один из инициаторов угона Эдуард Кузнецов был приговорен к высшей мере наказания, его супруга Сильва Залмансон - к 10 годам лишения свободы. Благодаря давлению Запада, расстрел, к которому был приговорен  Кузнецов, был заменен длительным сроком заключения. Сильву отпустили в Израиль после отбытия  четырехлетнего наказания в мордовском лагере. Целиком "отмотали" свои сроки двое из участников дела, которое вошло в историю как "самолетное" или "ленинградское"  -  Юрий Федоров и Алексей Мурженко (соответственно, 15 и 14 лет).  Говорят, что органы на их примере хотели показать, что русским нечего соваться в еврейские заговоры.
       Отбыв свой срок в лагере, Федоров приехал в США и поселился в Нью-Йорке. В этом году он учредил Фонд "Благодарность". Он хочет помочь тем, кто в советские времена с минимальной надеждой на успех, бросал вызов коммунистическому режиму. Эти люди сознательно приносили себя в жертву тому движению, которое привело к тому, что сотням советских евреев позволили выезд из страны, а в конечном итоге и к крушению империи зла.
      Сейчас многие из этих борцов забыты и в Новой России, и в Америке, которая, использовав их в своем противостоянии с Советским Союзом, списала со счетов. Многие, с подорванным в лагерях здоровьем, влачат нищенское существование.  "Благодарность" ставит своей целью оказать им посильную помощь.
       В декабре Фонд провел свое первое большое мероприятие по сбору пожертвований, пригласив на него ряд известных диссидентов.  На вечер приехала из Израиля и Сильва Залмансон.
 

Выступает 
Юрий Федоров
Хорошее начало
      «Мне кажется, что мероприятие  удалось, - говорит глава Фонда Юрий Федоров. - Было много народу. Из диссидентов были Юрий Ярым-Агаев, Татьяна Осипова. Из участников самолетного дела, помимо меня, были Алексей Мурженко, Сильва и Израиль Залмансоны. Было много американцев, сочувствующих нашему начинанию, в частности Линн Зингер - глава Лонг-Айлендского комитета в зашиту советских евреев. Она начала свою дефтельность еще в 70-м году, как раз с момента нашей посадки. У нее была очень сильная организация. Щни устраивали демонстрации, помогали отказникам в Союзе, очень много полезного сделали. Были представители НАЙАНА Сэм Клигер и Борис Кердимун, который стал распорядителем этого вечера. Были люди, с которыми я, к большому сожелению, даже не успел рознакомиться и переговорить. Мы собрали некоторую сумму на этом вечере, и я надеюсь, что в числе гостей были люди, которые в будущем окажут нам материальную поддержку.
        Были люди, которые оказали очень значительную поддержку и в проведении этого вечера. Художник Юрий Абдурахманов предоставил нам просто великолепное помещение для проведения встречи. И хозяева магазина "Интернэшнл фуд", с которыми нас познакомила Марина Ковалева, накрыли просто раскошный стол. Геннадий Дозорский снабдил нас "Кремлевской".  Одним словом, несмотря на многолюдье, всего было вдоволь. И мы очень благодарны этим людям, поскольку пока что бюджет нашей организации предельно скромен.
        Вечер развивался не совсем по плану. До 7.30 был прием, потом начались выступления. И вот они затянулись. Прекрасную речь произнесла Линн Зингер. Отлично выступила Сильва Залмансон, и, хотя она не учла требования регламента, слушали ее с огромным интересом, и было видно, что люди тронуты. С большим интересом слушали Юрия Ярым-Агаева, который рассказывал о положении, в котором сейчас оказались бывшие диссиденты, Все это затянулось часов до девяти, но аудитория слушала с интересом, И мы собрали какие-то средства. Некоторые люди даже собтрали деньги в офисах, где они работали. Это хорошее начало, и, надеюсь, оно получит хорошее развитее.»
"Самое значительное в моей жизни"
Беседа с Сильвой Залмансон
Сильва - Я надеюсь, что  Фонд "Благодарность" поддержат. Это благородное дело, и я всей душой за него.  Теперь все зависит от того, как будут вестись эти дела, удасться ли привлечь внимание к Фонду.  А нужда в нем большая. Ведь многие из людей, которые в свое время сделали такой сложный выбор, сегодня оказались в положении, недостойном человеческого существования.
Корр. - Насколько этот выбор был сложен для вас? Ведь вы, наверное, понимали, как вас могут наказать?
Сильва - Конечно, понимала. Но раз решив, что не приемлешь советскую власть, что ты отказываешься от "нормальной"  жизни, которую вел советский человек, тебя уже ничего не могло остановить. Мы все были как одержимые. Мы все тогда читали диссидентскую литературу, читали Солженицина, и, конечно, вероятность наказания страшила. Но, знаете, как всякая пропасть страшит, но в то же время манит какой-то магической силой...
Корр. -  По приезде в Израиль, вы ни р чем не пожалели, ни в чем не разочаровались?
Сильва -  Израиль нормальная страна. Там есть свои плюсы и минусы. Какие-то вещи меня разочаровали. Сидя в лагере, я себе представляла одно, а когда приехала туда, оказалось, что это не совсем так. Но знаете, идеальное встретить трудно. Что-то нравится, что-то нет, но в целом мне было в  Израиле хорошо.
Корр. - Когда вам дали 10-летний срок,  вы попрежнему рассчитывали на то, что, отбыв его, уедите в Израиль?
Сильва - Мы сразу были готовы понести наказание. Мы думали так: если случиться чудо и нам удасться перелететь из Союза в шведский город Боден, то в Швеции придется понести наказание. А просле отсидки уехать в Израиль.
Корр. - Арест был большой нелжиданностью?
Сильва - Нет, совсем не был неожиданностью. Я увидела слежку за собой за день до ареста, а Юрий Федоров говорил, что заметил ее и раньше...Но мы просто решили для себя, что попробуем осуществить наш план просто как демонстрацию наших намерений...
Корр. - Как складывались ваши отношения с другими заключенными?
Сильва - Я сидела в маленьком лагере для женщин политзаключенных в Мордовии. Со мной сидели украинки Надя Светличная, Ирина Колынец, из русских была Машкова, Селивончик, Лаврентьева...
Все мы были против советской власти, какого-то большого политического спектра не было. Мужские лагеря были больше, и там можно говорить о каком-то политическом спектре, а когда в лагере было от 12 до 15 человек, то какой там спектр? Но можно, конечно, сказать, что были националистически настроенные, были диссиденты.
Корр. - Как к вам относилась охрана?
Сильва - Лагерь находился в Мордовии, и там многие местные работали в лагерях. Поэтому среди надзирателей были люди различные. Были очень симпатичные, простые женщины, а были и покруче, которые, как говориться, нашли себя на этой работе...